Высший архетип, проявленный в единой Природе, и есть то божество-идол, которому поклоняются и служат оккультисты и их младшие братья язычники. Этот высший архетип олицетворяет собой одновременно и определённую силу и аспект единого организма Природы. Он существует не только в метафизике самой Природы, но и отражается в психике человека. Иначе говоря, языческое божество — это не внешняя фантазия, а форма, в которой Природа осознаёт себя через человека. Та же сила, что движет ветрами, ростом, рождением и разрушением, проявляется и внутри сознания как импульс, чувство, образ и воля. Поэтому языческий бог — это не просто объект поклонения, а архетипическая точка соединения Природы и души, в которой внешний космос и внутренний мир человека встречаются и узнают друг друга. Боги язычества — это не существа, а имена тех сил Природы, которые одновременно живут в космосе и в психике человека.

Ритуалы и жертвоприношения, посвящённые тому или иному языческому божеству или идолу, усиливают и «кормят» соответствующий архетип, уже проявленный в социуме. Человек, совершая жертвоприношение или обряд, не просто обращается к образу, а активирует в коллективном поле ту силу и тот смысл, которые по своей природе соответствуют данному божеству.
Через ритуал архетип закрепляется, уплотняется и получает социальную форму. Он начинает действовать не только в психике отдельного человека, но и в структуре общества: в нормах, ролях, иерархиях, ценностях и сценариях поведения.
Взамен человек ожидает получить власть, силу или успех. Но эти дары раскрываются не в пустоте, а всегда через общество, потому что власть по своей природе социальна. Она возможна лишь там, где есть другие люди, признание, влияние и участие в общем поле.
Таким образом, жервоприношение и ритуал — это не магия в наивном смысле, а форма обмена: человек питает архетип своим вниманием, верой и действием, а архетип возвращает это через социальные возможности, роли и иллюзию силы. Жертвоприношение и ритуал питает архетип, архетип перестраивает социум, а социум возвращает человеку переживание власти.

Поскольку у каждой силы-архетипа Природы есть две стороны — светлая и тёмная, — то через них она связана одновременно и с демоническим, деструктивным аспектом, и с небесным, ангельским, созидательным. Поэтому служитель божеству никогда не знает заранее, какой именно аспект будет активирован и в какой форме он проявится в его жизни и сознании.
За ликами сил Природы, которым поклоняются и служат язычники, чаще всего стоят не самостоятельные мистические «демоны» как отдельные личности, а демонические функции самой Природы. Эти сущности не имеют самодостаточного бытия: они существуют лишь как режимы и проявления единого организма Природы и одновременно с этим, как персонификации сил психики человека и человечества в целом — то есть коллективного бессознательного.
Иными словами, демон архетипа — это не внешнее существо, а форма, в которой разрушительный аспект архетипа осознаётся и действует в человеке и в обществе. Отсюда следует, что, получая некую власть, силу или успех в мирском от божества-демона-архетипа через ритуал и служение, человек в действительности лишь усиливает эту же силу внутри самого себя. И одновременно своим служением он увеличивает собственную нуждаемость и зависимость от того архетипа, который питает, — будь то его ангельский или демонический аспект.
Так обмен оказывается замкнутым: человек думает, что пользуется силой, тогда как на деле сила начинает пользоваться человеком.

Как внутренняя сила психики становится внешним объектом поклонения и власти над человеком.

Архетип сам по себе нейтрален. Поклонение ему в форме некоего божества и/или идола — уже форма порабощения. Путь превращения всегда один и тот же, и он происходит не в мифах, а в сознании и социуме. Попробуем рассмотреть этот путь поэтапно.

Изначально архетип — это: способ переживания, режим энергии, психическая способность, аспект Природы в человеке. Например: архетип силы, архетип любви, архетип разума, архетип порядка, архетип хаоса, архетип войны, архетип созидания, архетип разрушения. На этом уровне он служит человеку : человек пользуется силой, но остаётся субъектом.

Следующий шаг — проекция наружу. Человек не выдерживает напряжения потоков архетипической силы внутри себя, и они начинают контролировать его. Чувствуя, что сила архетипа преобладает над ним ему кажется, что это нечто бОльшее чем он и внешнее влияет на него. Тогда человек выносит архетип вовне: оформляет его в образ, символ, фигуру и, в конце концов, в «божество». Теперь сила ощущается как: не «во мне», а «надо мной». Так внутренняя сила и часть человека становится внешней и преобладающей силой.

Далее проекция закрепляется культурой. Появляются: имя божества, определённый ритуал, жречество этого божества или множества божеств, его мифы и табу.
Архетип перестаёт быть переживанием силы внутри психики и становится объектом служения. Теперь человек не управляет силой, а он подчиняется ей.

Далее происходит инверсия ответственности. Её ключевой момент, когда человек перестаёт быть источником решения. Он говорит: «так хочет бог», «таков закон силы», «таков ритуал». Архетип больше не инструмент, а судья и хозяин. Свобода меняется на лояльность.

Далее происходит кормление архетипа. Любое божество, воплощенное в образе, живёт только за счёт: внимания, эмоций, страха, жертвы и повторения, направленных на это идол-божество. Ритуал и жертвоприношение — это питание идола-божества. Чем больше человек кормит образ божества, тем сильнее образ управляет психикой.

Финал этого – одержимость. Архетип, воплощенный в сознании в образе божества, то есть в идоле, даже если это только ментальный идол, становится автономным комплексом. Он захватывает мотивацию человека, перестраивает его ценности, сужает его сознание, диктует его поведение. Человек уже не имеет архетип. Архетип имеет человека.

Оригинал во ВКонтакте